8 psy (leonidshimko) wrote,
8 psy
leonidshimko

Category:

ГЛАВА ШЕСТАЯ ВЕРШОК ДВАДЦАТЬ ШЕСТОЙ.

А потом Илия с Кирой очень сильно помирились.
Они пришла к нему как-то и сказала: хочу пива.
И они сидели в «Докторской Дубине»  и пили пиво.
Илия угощал.
Он был совершенно счастлив.
Он думал о том, что Кире очень-очень идет рыжий цвет ее волос.

За соседним столиком реализаторы Мефудий и Балымушка обсуждали недавно прошедший на «Плейеля Два» съезд табаководов.
Говорилось о том, что за полученный табак, когда все будет посажено, выращено и продано, можно будет получить хорошие деньги.
На небе появились облака.
- Тебе не кажется: эти облака такие плотные, что их можно резать ножом? – Илия обратил внимание Киры на сие природное явление.
- Если их резать ножом, может пойти кровь, - ответила она.
- А что ты можешь сказать о любви? – спросил он. – Любовь – есть?
- Если она и есть, то всегда смешана с животным чувством, - ответила она.
Он подумал о том, что Кира постриглась. И это тоже ей очень идет.
Они выпили по алому бокальчику «Вишневого второго пятого».
А потом на площади появились сунгуры.
Фиолетовая масса двинулась потоком через площадь.
- Видимо, сегодня у наших «гостей» праздник, - сказал какой-то русский человек рядом.
- Прилетели вот фиолетовые споры неправды, присасывающиеся к истине русской жизни, - ответили сказавшему.
И – рядом – сразу за несколькими столиками заговорили о естественном русском противлянстве.
Илия заказа еще пива, и они с Кирой еще поговорили об облаках и  любви.
Но на небе были уже не облака, а тучи.
В самом божьем мире серьезно потемнело.
Сунгуры же (как всегда внезапно) застыли в «замирании».
-  Могут ли они считаться людьми? – вопрошал кто-то за столиком справа. – Могут, если мы знаем, что они выведены в «Собуённых Псатах» из варанов, генно-модифицированных порошком, натрушенным из костей прибывших с Колумбом отщепенцев, насильников и убийц?
- Но ведь у сунгуров есть рот и прочие ушные отверстия, - доказывал кто-то другой там же. – Значит, сунгуры все же люди.
Илия, всматривающийся в фиолетовую замершую массу, думал о том, как же сунгуров стало много в родном городе.
- Давай ка выпьем по бокальчику «Яково-всякаго», - предложил он Кире.
Та согласилась.
Попили «Яково-всякаго».
Кира сбегала в туалет, и вернулась.
В народе же тем временем снова говорилось о естественном русском противлянстве.
- Знаешь, а я ведь противлянин, - сказал один русский человек другому.
- Противлянство это хорошо, - ответил тот, другой.
Илия тоже подумал, что противлянство это хорошо.
Он горячо засочувствовал такой и чужой, и своей мысли.
- Враги русского народа всегда будут пытаться убить в нем его естественное природное противлянство, - с некоторою злобою произнес кто-то.
Илия обернулся и посмотрел на говорящего. Нижняя челюсть этого патриота была весьма увеличена, как это часто наблюдается у преступников.
Илия купил себе и Кире «Майского подснежника».
- О русском то… народе… - глубоко и вслух задумался кто-то за столиком слева, и спросил - всех: – Помните, как толковал слово «народ» известный полевой философ Вассерман младший? Помните? В этом слове: народ - заключены два смысла: «род» и «на».
- Замечательное толкование, - был чей-то ответ. – Вот насчет «на». Мы всегда всю нашу историю совершенно бескорыстно что-то когда-то кому-то давали.
- Именно, именно.
- Или, как говорится, надавали.
- Именно. Точно.
- А насчет рода… - продолжил тот, кто о народе говорить начал. - Если русский человек помнит о своем роде, в нем укрепляются такие сваренные лавой веков с родом понятия, как честь и совесть. А если русский человек о роде своем не помнит, то честь и совесть слабеют. То есть теряют сталистость и могут быть податливы на изгиб. Ведь так?
- Именно, именно.
И все сильно зашумели.
- Вот только не могу понять, чем род отличается от нации, - вопрошал кто-то.
- Да здесь все прозрачно, - был ответ. – В нации в три раза больше пафоса.
Здесь Илие, засмотревшемуся в глаза Киры, показалось, что он замечает в них плывущие облака. Или тучи.
Наверное, ему показалось.
Сейчас он точно знал, что Киру любит.
Вот только «замирание», которое никак не завершалось, портило настроение.
Среди застывших сунгуров Илия заметил застывшую русскую девушку.
Зачем - она - была - там? С ними?
Это было непонятно и противно.
Своим нахождением - там - русская девушка предавала, в частности, и православную веру тоже.
Впрочем, Илие вовсе было не жалко православную веру. Ведь православная церковь, поддерживающая все то мерзкое, что делала власть, сама таким вот образом предавала русский народ и не заслуживала никакого снисхождения.
Илия заказал по бокальчику «Хряпнушки». Заказал «Девятку». Самое крепкое.
Хряпнул.
И Кира хряпнула тоже
И здесь Илия увидел направляющегося к пивной Спиридона.
Тот вел на поводке Лилит.
На свинье был костюм Генералиссимуса Советского Союза.
По пути Лилит тщательно замерших сунгуров обнюхивала.
Она обнюхивала их с свойственным только черным свиньям особым презрением.
Возможно, от сунгуров даже несло мочой.
Илия и Спиридон сердечно поздоровались.
Кира Спиридона слегка обняла.
Спиридон решил выпить «Запряжского».
Свинью привязали к ножке столика.
Ей принесли лучших банановых шкурок.
… Вот если Лилит не любит сунгуров, не является ли это некоторым свинским противлянством?  - задумался Илия вслух о свинье.
- Я бы хотела, чтобы сунгуров не было в родном городе, - тут же ответила, услышавшая его, Лилит. – Про русского человека я такое никогда не скажу.
- Спасибо тебе за хорошее отношение к русскому человеку, - сказал Лилит кто-то.
- Я давно уже ищу место, которое занимает русский человек в зоологической лестнице, - ответила свинья. – Я уверена, что это место совершенно достойное.
Было ясно, что на Саратов надвигается буря. Тучи были сизыми, и двигались там, наверху, быстро и совершенно зловеще.
Внизу же, у пивной, начал подниматься ветер.
Замирание сунгуров, как никогда протяженное, наконец-то закончилось.
Сунгуры с площади исчезли.
Их как будто сдуло усиливающейся непогодой.
 - Как же легко и чисто стало в родном городе, - произнесла Кира.
… - Оказывается, она тоже противлянка, - с некоторою гордостью за Киру подумал Илия.
И здесь он заметил направляющегося к пивной Федра.
Друзья сердечно поздоровались.
- Успею до природного апофеоза «Доброхотской анафемы» хряпнуть? – спросил, присаживающийся за столик, Федр.
Илия тут же заказал другу бокал «Доброхотской анафемы».
Кире заказал «Три слона».
Себе и Спиридону повторил «Запряжского».
- Гуляем.
В народе (это явно были свои люди из «Плейеля два») говорили о том, что, мол, «две недели  варили и упаковывали мыло, а покупать это мыло почему-то никто не хочет».
Илия же надолго задумался о том, что в грозовых тучах наверняка содержится скрытая страсть.
- Они хотят фантазий. Им скучно без фантазий, - услышал он воскликнувшего Федра.
Художник как бы убеждал самого себя, как бы сомневаясь в чем-то и не сомневаясь совершенно.
А затем объяснил друзьям:
- Ко мне приходил сам Бельмачок.
- То есть Медя для Битев? – спросил Спиридон.
- Триний Потопович? – спросила Кира.
- Невзрачный карлик родом из курских лесов? – спросил Илия.
- Именно, - ответил Федр.
- Ты его изобразил? – спросил Спиридон.
- Ты рисовал его голым? – спросила Кира.
Федр вначале неохотно, потом увлекаясь, принялся рассказывать друзьям о новой своей картине.
…-  Вдалеке - город типа железнодорожной станции. Ну, конечно, вокруг – лес. Наш герой (как вы уже правильно догадались, голый) прямо на рельсах свежует свежезарубленного зайца. Но он (конечно же наш герой) - голый  не совсем. На нем - лапти, похожие на два новеньких кроссовка. На одном лапте написано слово «Золото». На другом – «Ресторан «Анапа Плюс».
- И какой в этом смысл? - спросил Илия.
 - Смысл есть, - ответил Федр. – И этот смысл в том, что наш герой является членом правящей партии «Найди доярок синих».
- То есть эту всю фантазию попросил он? – улыбнулась Кира.
- Конечно же это не моя фантазия, - ответил Федр.
Свинья, услышавшая разговор, развеселилась и сказала явно на всякий случай (с легким оттенком хрюканья):
- Гореть же ему в аду.
Илия заказал ей еще банановых шкорок.
В народе разговор поддержали.
Были такие мнения:
- Эта тайная временная станция называется «Сливы».
- Неужели он повесит такое в своем служебном кабинете?
- Такое он, конечно, не повесит. Будет дома смотреть как вот Буриан Хрэй какой смотрел на свою нестареющую матушку-задницу.
Потом обитатели пивной в молчании наслаждалась надвигающейся непогодой.
- Буря всегда неожиданна, - в конце концов произнес Спиридон и заказал всем оставшимся «Запряжского темного».
- А он, мятежный ищет бури, - произнес Федр, и заказал всем по сушеной икряной плотвичке.
- Черной молнии подробный,
- Гнездокрыл - плохая птица,
- шептались в народе. – А не устроить ли нам, братцы, революцью?
- Запустим, братцы, завтра народные волнения?
- Да ведь пива у нас сто восемьдесят пять  сортов. Успеем запустить.
Народ стал  массово покидать пивную.
С крыш полетело что-то. Возможно, плохо закрепленная жесть.
Илия с Кирой и друзьями еле успели добежать до «Дома Коммуны».
Спиридон и Федр пошли дальше в свои квартиры по своим делам.
Илия с Кирой остались вдвоем в подъезде.
Снаружи дома предельно усилившиеся дождь и ветер проверяли мироздание на прочность.
Илия с Кирой находились в центре этого мироздания. Оно было незыблемым и хорошо защищенным. Потому, что Илия испытывал к Кире очень теплые чувства.
Вдруг Илие захотелось взять Киру за руку.
Он это сделал.
- Не так и не то, - сказала Кира, подняла его руку и прижала к своей груди.
Сделала так, чтобы он ощутил ее грудь своей ладонью.
Это было потрясающе.
Буря там, за полуоткрытой дверью подъезда бушевала в такт с усилившимся в недрах Илии сердцебиением.
Это была такая страшная буря, что, казалось, там, за дверью, снаружи мечутся тысячи трубчатокрылых носорогов. Или летают сто пятьдесят тысяч птиц гнездокрыл.
- Хорошо то хорошо, - прозвучал ласковый голос где-то совсем рядом.
В этом голосе был почти не заметен легкий оттенок хрюканья.     
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments