July 22nd, 2021

ГЛАВА ПЯТАЯ. ВЕРШОК ШЕСТНАДЦАТЫЙ.

Все эти дни он работал.
Он искал в музыке, которую играл, свойственную русскому народу общинность.
Иногда он находил эту общинность даже в музыке Букстехуде и Фрейда. Вот странно.
Он работал настолько много, что к окончанию занятий притуплялось сознание.
Но желание женщины не притуплялось вовсе. Никогда.
Если же он размышлял о женщинах, он старался думать только о возвышенной любви.
Но мыслилась любовь всякая.
- Если иметь женщину, то только Киру, - убеждал он себя. – И это обязательно случится. И это будет возвышенная любовь.
Collapse )
Однажды он увидел Киру.
Она мелькнула перед открытой дверью его квартиры.
Он вышел в коридор.
Никого.
Он подошел к закрытой двери ее квартиры, послушал.
Все тихо.
Наконец, он позвал.
… Ки-и-ра…
Нажал на кнопку дверного звонка.
И Кира ему открыла.
- Какая же она красивая, - подумал он о Кире.
И сразу ей предложил:
- Пойдем ко мне в гости.
А она сказала:
- Зачем?
- Я тебе поиграю.
И она пошла к нему в гости.
Когда они были у него, он даже закрылся на ключ.
Ему очень хотелось остаться с Кирой наедине.
Он играл ей свою программу.
И снова думал о том, что Скрябин, когда вот сочинял эту свою поэму, наверняка имел в виду наслаждение, которое дарит женщина.
Эти мысли занимали его голову против его воли.
Было неловко думать об этом при Кире.
Она внимательно слушала Скрябина.
А он перешел на Баха.
А потом остановился и сказал Кире:
- Я вот в этой фуге Баха, немца по самоёй своей сути, хочу любить русский народ. Не правда ли это странно?
- Странно, - подтвердила она. - А что за фуга такая?
Он объяснил ей принцип фуги.
- Это вот - тема. Или «вождь».
Он наиграл.
- Прикольно, - сказала она.
- Эта тема символизирует крест, - сказал он.
- Получается, вождь несет крест? – спросила она.
- Можно сказать и так.
- А нельзя ли это переписать на свист?
- Наверное, можно.
Кира тут же принялась свистеть.
У нее получалось свистеть громко.
Но угадать в том, что получалось, тему креста, было сложно.
Затем она ушла.
Не попрощавшись.
Открыла дверь и  ушла.
Он на нее даже разозлился.
Наверное, ему нужно было поговорить с ней о любви.
А он не успел.

***
Наступило время дождей.
По большей части дождей теплых.
Но временами в Саратове было прохладно.
- Что такое дождь? – иногда задумывался Илия. – Это ведь и состояние души романтической личности, и еще физический опыт Самого Господа Бога. Ведь так?
Как-то его позвал в гости Федр.
Илия принял предложение.
Захватил с собой восемь с половиной бутылочек «Сентябрьского подснежника».
Друзья сели у Федра на кухне.
Некоторое время они беседовали на тему о том, что обнаженное тело должно стать предметом серьёзнейшего художественного и эстетического изучения.
Здесь Илия и сказал Федру о своем влечении к Кире..
- По отношению же к женщинам мы должны соблюдать бодрую твердость, которая выражается в гордом сознании собственного достоинства, - ответил на это Федр.
- Не понял, - признался Илия.
- Нужно оставаться рассудительным в любовном возбуждении, - пояснил Федр.
- Уже понятнее, - сказал Илия.
- В Австралии, вот, принято, чтобы муж поджидал будущую жену за забором, сразил ее ударом в затылок и, лишенную чувств, отнес на брачное ложе, - Федр потянулся за «Сентябрьским подснежником», взял бутылку и сделал глоток.
Илия подумал о том, есть ли девушка у Федра.
Он не знал девушки Федра.
Он попрощался с Федром, и пошел к себе домой.

Продолжилось время дождя.
По большей части теплого.
Но временами было прохладно.
А однажды Илие приснилась Кира. У нее были маленькие за спиною крылышки.
Он откуда-то снизу смотрел на нее.
Она порхала где-то вверху.
А еще более сверху, откуда-то из самой высокой высоты, Илие капало дождем прямо в открытые глаза.
Это и во сне было неприятно.
Илия проснулся.
И задумался надолго.
- Что такое дождь? Это ведь и состояние души романтической личности, и еще физический опыт Самого Господа-Бога. Ведь так? – думал он.